•МИРОВАЯ ИСТОРИЯ В ЛИЦАХ • ЭСТОНИЯ •
avrora avrora avrora avrora avrora
lunohod lunohod lunohod
parom_estonia parom_estonia parom_estonia parom_estonia parom_estonia parom_estonia parom_estonia
rust rust rust rust
Мировая история в лицах > РЕГИОНЫ > ЭСТОНИЯ > ПЕРСОНАЛИИ > Портрет-биография > КЕРБЕР Людвиг Бернгардович


ПОРТРЕТ – БИОГРАФИЯ
(жизнеописание)



Кербер Людвиг Бернгардович
Лев (Людвиг) Фёдорович Корвин – с 30 октября 1916 года.
(Ludwig Kerber; Ludwig (Louis) August Bernhard Körber)
НАГРАДЫ. ЗВАНИЯ
ПЛОДЫ ТРУДА. ТВОРЕНИЯ


ПАМЯТЬ
мыс Кербера в Японском море
ПОСТСКРИПТУМ
В военной кампании в Китае (подавление боксёрского восстания 1900 года), в русско–японской войне и Первой мировой войне участвовали военные – выходцы из Эстляндии.
Читайте о них в блоке: ВОЙНЫ X-XXI ВВ.: Герои. Полководцы. Флотоводцы. Военачальники. Фортификаторы.
Раздел: Войны первой половины XX века.
АНОНС
Издана первая книга «Керберы.Фамильный код. XIV—XXI вв.»
anons
Автор–Г.A.Копытов, правнук вице–адмирала Л.Б.Кербера
Род. 19 апреля (1 мая) 1863 года

Место: Ринген / Ringen (Rõngu), Тартумаа, Эстония

Ум. 9 апреля 1919 года

Место: Лондон, Великобритания

Рекомендации
увидеть больше
здесь
— вице–адмирал, командующий Флотилией Северного Ледовитого океана
(10 ноября 1916— 7 марта 1917).

I.

В истории Российского Военно–морского Флота 1880-х—1910-х гг. достойное место занимает вице–адмирал Кербер Людвиг Бернгардович, правда, с конца 1916 года его деятельность проходила под другим именем.

Первая мировая война шла уже третий год, и, для продолжения военно–дипломатической карьеры, вице–адмиралу Керберу настоятельно рекомендуют просить царя о смене своей немецкой фамилии, что он, в конце концов, и делает. По высочайшему повелению, с 30 октября 1916 года Людвиг Бернгардович Кербер стал Львом Фёдоровичем Корвиным, сохранив лютеранское вероисповедание. Сменили фамилию на Корвин и все члены его семьи, при этом его жена  и  дети стали носить двойную фамилию; их крестили в православие в Исаакиевском соборе, в Санкт–Петербурге. Старший сын Виктор Корвин–Кербер после 1939 года отказался от второй половинки, а младшие – Леонид и Борис – в 1920–е годы оставили только Кербер. Здесь следует уточнить, что фамилия Корвин выбрана не случайно: в XVI веке представители рода Кёрбер/Körber были известны и как Koerber von Korfen (Korvin).
Полная смена имени в переломное историческое время могла стать одной из причин того, что до сих пор неизвестно место захоронения вице–адмирала Л. Ф. Корвина (Кербера), проживавшего в Лондоне и скончавшегося то ли 9 апреля 1919 года, то ли в марте 1921 года, как утверждает его сын Леонид Львович: «Мать получила официальное уведомление британского адмиралтейства (это было в 1923—24 гг.) через наш Наркомдел, что «вице–адмирал Л.Ф. Кербер скончался во время операции по удалению камней из почек».

Людвига Кербера при рождении нарекли Ludwig (Louis) August Bernhard Körber в честь деда – Ludwig August Immanuel Körber (1808—1892), который служил пастором в приходе Рынгу (Тартумаа). Здесь, в местной в церкви, его родители Бернгард Кёрбер/ Bernhard Eduard Otto Koerber (1837—1915) и Берта Хаген/Gotton Augustine Bertha Hagen (1838—1912) венчались. Отец – Бернгард Августович, профессор судебной медицины Дерптского университета, является основоположником эстонского санитарного и экологического образования. По материнской линии его дед Август Матиас Хаген/August Matthias Hagen (1794—1878) и сестра матери Джулия Хаген–Шварц/Julie Wilhelmine Hagen–Schwarz (1824—1902) – известные художники. Тётя Джулия вышла замуж за астронома, профессора Дерптского университета Людвига Эдуардовича Шварца/Paul Karl Ludwig Schwarz (1822—1894), исследователя Сибири и Дальнего Востока, вместе с ним участвовала в одной из экспедиций по Юго–Восточной Сибири (1854—1860). Написала (см. видеоряд) «Портрет племянника, кадета Луиса (Людвига) Кербера» в 1882 году.

При такой родословной было бы естественно, что Людвиг станет врачом, пастором или художником, но мальчик покинул имение деда в Рынгу (Ringen/Rõngu) и с трёхлетнего возраста жил в Кронштадте, там же учился в гимназии, а в 13 лет родители определили его на реальное отделение престижного петербургского училища «Петришуле/St. Petri–Schule», или Главного немецкого училища Св. Петра, по окончании которого в сентябре 1880 года Людвиг был зачислен в Морской кадетский корпус Петра Великого. С этого дня вся дальнейшая жизнь Л. Кербера будет связана с военно–морским флотом.

В числе лучших выпускников Морского корпуса он был награждён премией адмирала П.С. Нахимова, и в 1884 году назначен на строящийся корвет «Витязь», который должен был отправиться в кругосветное плавание под командованием капитана первого ранга С. О. Макарова (ещё в 1883 году, во время похода Практической эскадры Балтийского моря, он отметил хорошую подготовку гардемарина Кербера). В звании мичмана Людвиг Кербер и парусный корвет «Витязь» отправились в мае 1886 года в первое кругосветное путешествие: из Кронштадта на Дальний Восток путь пролегал в западном направлении – через Атлантический океан, мимо мыса Горн, на Тихий океан, а при возвращении в Кронштадт был выбран короткий маршрут: через Индийский океан – Суэцкий канал – Средиземное море – Атлантический океан. В течение трёхгодичной экспедиции Степан Осипович Макаров (1849—1904) вёл научную работу, в которую был посвящён почти весь экипаж «Витязя» и его офицеры: проводились систематические океанографические работы в северной части Тихого океана, гидрографические и гидрологические исследования в Берингова и Охотском морях; сделаны десятки тысяч различных океанографических измерений; составлены таблицы течений и ветров в районе Курильской гряды; выполнено фотографирование и нанесение на карту островов, мысов и проливов; произведена опись бухты Св. Троицы и бухты Витязь в заливе Посьета. Результат коллективной работы своих деятельных помощников каперанг С.О. Макаров отразил в отчёте по этой экспедиции. В 1894 году Академией наук был издан его большой труд: «Витязь» и Тихий океан. Гидрологические наблюдения, произведённые офицерами корвета «Витязь» во время кругосветного плавания 1886—1889 годов, и свод наблюдений над температурою и удельным весом воды Северного Тихого океана» (в двух томах с таблицами для обработки удельных весов, рисунками, картами и чертежами).

В кругосветных плаваниях участники экспедиций открытые и исследованные ими участки на Земле и в Океане, как правило, называли в честь  своих товарищей. Так, во многих источниках указывается, что в Японском море есть Мыс Кербера, но попытки найти на карте его местонахождение, ни к чему не привели, пока не привели. Весьма вероятно, что в 1887—1888 годах мичман Людвиг Кербер вместе с офицерами «Витязя» участвовал в составлении карты острова Дажелет/Dagelet в Японском море, и что здесь и следует искать этот мыс, но под другим названием, ведь в 1900 году и сам остров был переименован – в Уллындо/Ulleungdo.

Зато не составило труда отыскать в заливе Петра Великого мыс Шульца (даже два!), названного офицерами корвета «Витязь» в честь мичмана Константина Фёдоровича фон Шульца/Konstantin von Schultz (1864—1904). Однокашник Кербера по Морскому корпусу и его будущий шурин, он через 10 лет сконструирует контактный трал Шульца для борьбы с якорными минами, станет верным соратником своему учителю вице–адмиралу Степану Макарову; оба погибнут 31 марта 1904 года на линкоре «Петропавловск» в Порт–Артуре.

Дружбу, верность флоту и отечеству офицеры «Витязя» пронесут через всю жизнь.
В 1886—1887 гг. на «Витязе» обязанности старшего артиллерийского офицера выполнял лейтенант Иениш Виктор Христианович/Viktor Kristjanovitš Jeniš (1852—1893), выдающийся учёный–артиллерист. Хмурым осенним утром 1893 года бронелодка «Русалка» под командованием капитана 2–го ранга Иениша уйдёт из ревельской гавани – в никуда. Гибель «Русалки» и всего экипажа (177 человек) потрясла многих людей в самых разных уголках Российской империи; участником траурных мероприятий в Ревеле был и лейтенант Людвиг Кербер, служивший в это время на кораблях Балтийского флота.

После возвращения из кругосветного плавания в жизни молодого Кербера произошли нерядовые события. В сентябре 1889 года по совету Степана Макарова он поступает слушателем в Офицерский минный класс, приобретает специальность минного офицера 2–го разряда, 7 сентября 1890 года ему было присвоено звание лейтенанта.

В следующем году, в ноябре, женится. Его избранницей стала Ольга Фёдоровна фон Шульц/Olga Augustina Gottliebe von Schullz/Koerber (Корвин) (1866—1942), сестра Константина Шульца. В Ревеле появился на свет их первенец – Виктор (Victor Oskar), призванием которого станет не море, а небо: как инженер–изобретатель, Виктор Львович Корвин–Кербер (1894—1970) впишет свою страницу в историю российского и советского самолётостроения.

II.

В сентябре 1895 года Людвиг Кербер получил назначение на крейсер I ранга «Россия», судьбе было угодно, что на нём будет служить не раз, а пока он является свидетелем рождения на Балтийском заводе одного из самых совершенных кораблей того времени. В истории  российского  кораблестроения это был первый боевой корабль с водотрубными котлами Бельвиля (Belleville) и с одной из трёх машин, предназначенной специально для экономического хода. Корпус крейсера был защищён гарвеевской бронёй из цементированной стали: тридцать 203-мм, десять 152-мм и четырнадцать 127-мм плит – по ватерлинии; для бортового прикрытия машин выше жилой палубы установлены восемь 127-мм броневых плит; восемнадцать 127 сталеникелевых и 178-мм стальных – для траверзов; 76-мм броневое прикрытие элеваторов, котельных и переднего машинного кожуха. Крейсер имел броневые 38-мм полупереборки, шедшие от бортов между орудиями на батарейной палубе и предназначавшиеся для локализации разрушительного действия взрывов вражеских снарядов, а также увеличенную толщину (305-мм) брони боевой рубки.

30 апреля 1896 года состоялся спуск крейсера на воду, и после достроечных работ 26 октября он вышел в Кронштадт, однако разыгравшийся шторм снёс его на отмель у Большого Кронштадтского рейда. Для снятия корабля (14 декабря) пришлось прорывать канал на мелководье и промывать землесосами грунт из–под днища. Стальной корпус не пострадал и, по свидетельству комиссии, мог прослужить ещё тридцать лет, но сорванные во многих местах медная и деревянная обшивки требовали серьёзного ремонта в доке. В качестве небольшого отступления, в конце 1922 года при буксировке в Германию крейсер «Россия» также попал в сильный шторм и был выброшен на банку Девельсей (отмель Kuradimuna), что на северо–западе от острова Прангли (Prangli, Харьюмаа); был снят спасательной экспедицией Морских Сил Балтийского Моря, отведён в Киль и разобран. Между этими двумя происшествиями будет героическая боевая служба крейсера «Россия» в составе Российского Императорского Флота – пройдёт через испытания двух войн и одного военного похода, в дальних плаваниях проведёт более десяти лет. Впервые Людвиг Кербер на крейсере «Россия» под флагом контр–адмирала Н. И. Скрыдлова побывал в Англии (плавание продолжалось с 27 мая по 26 июня 1897 года). Визит корабля был приурочен к международным торжествам по случаю 60–летия правления королевы Виктории. 7 июня в Портсмуте в смотре на Спитхедском рейде (Spithead) русский флот представлял броненосный крейсер I ранга «Россия», став предметом всеобщего внимания.
15 октября 1897 года из Кронштадта «Россия» под командованием капитана 1-го ранга А.М. Доможирова, назначившего лейтенанта Кербера старшим минным офицером, отправилась в поход на Дальний Восток. Проделав путь в несколько тысяч морских миль, 26 февраля следующего года корабль прибыл в Нагасаки, поскольку войти в гавань Влади­востока мешал ледостав, а 14 марта 1898 года крейсер бросил якорь на внешнем рейде Порт–Артура. 15 (27) марта в Пекине была подписана конвенция, согласно которой китайский император предоставил России в арендное пользование на 25 лет Порт–Артур (Люйшунь) и Талиенван (Да–Лянь–Ван), вместе с прилегающим к этим портам водным пространством; под юрисдикцию России отходила вся южная часть Квантунского (Ляодунского) полуострова. БК «Россия» вместе с други­ми русскими военными кораблями приветствовал Андреевский флаг, поднятый 16 марта на Золотой Горе великим князем Кириллом Владими­ровичем, в Талиенване – контр–адмиралом М.А. Реуновым. Таким образом, как когда–то в 1703 году Пётр Великий у берегов Балтийского моря прорубил для России «окно» в Европу и дал ей выход на простор Атлантического океана, в 1898 году Россия открыла себе широкие двери и на Восток – к Тихому океану. Перед правительством Николая II встала задача создания третьего флота Российской Империи – Тихоокеанского.

Русская эскадра Тихого Океана получила незамерзающую базу Порт–Артур в дополнение к Владивостокскому порту, который в среднем на 110 дней в году был в ледовом плену, и где с весны 1898 года базировался также и крейсер «Россия».

О начале службы Л. Б. Кербера на Дальнем Востоке имеются любопытные факты, которые нашли отражение в воспоминаниях великого князя Кирилла Владимировича, гвард. вахтенного офицера крейсера «Россия» (1897—1898). Этот фрагмент из книги «Моя жизнь на службе России» посвящён банкету в честь окончания службы мичмана Романова в апреле 1898 года: «Обед закончился пением и очень оригинальным номером: наш минёр Кербер (см. видеоряд) и другие офицеры, нарядившись в кожаные одежды, исполнили что–то вроде ритуального танца диких гольдов. Сам Кербер бил в круглый барабан и походил на настоящего шамана – он делал это очень эффектно. Вечер удался, хотя я был не совсем в форме, так как незадолго до этого поранил ногу, и её пришлось туго перебинтовать. Я потерял много крови и чувствовал себя не лучшим образом. Тем не менее, я никогда не забуду, с какой трогательностью друзья старались развеять мою грусть по поводу ухода с «России», которая так долго была моим домом. Кроме лейтенанта Кербера, мне бы хотелось упомянуть адмирала Русина, который в то время был одним из офицеров–артиллеристов «России». Эти люди сыграли неоценимую роль для нашего флота».
Великий князь Кирилл Владимирович (1876—1938) – племянник императора Александра III, внук императора Александра II, чудом остался жив при подрыве на мине флагманского крейсера «Петропавловск» в ходе русско–японской войны. В 1924 году он принял на себя императорский титул и являлся главой Дома Романовых до 1992 года.

Зиму 1898—1899 гг. крейсер «Россия» провёл в стоянках и переходах между Порт–Артуром, Нагасаки и Владивостоком, выполнял учебно–тренировочные походы в Японском и Желтом морях.

31 июля 1899 года командующим Тихоокеанской эскадрой был назначен вице–адмирал Яков Аполлонович Гильтебрандт (1842—1915), личность интересная, и, кроме всего прочего, имевшая крепкие родственные связи с эстляндскими Гильдебрандтами. Он – внучатый племянник Фёдора Андреевича Гильтебрандта/ Justus Friedrich Theodor Jacob Hildebrandt (1773—1845), знаменитого московского хирурга, опекуном и учителем которого был его дядя, профессор Московской медико–хирургической  школы Иван (Иоганн Конрад) Дорофеевич Гильтебрандт, родом с острова Эзель (Сааремаа). Флагманским кораблём вице–адмирала Гильтебрандта Я. А. стал крейсер «Россия».

В апреле 1900 года по замыслу командующего войсками Квантунской области и морскими силами Тихого океана вице–адмирала Е. И. Алексеева (внебрачный сын Александра II), прошли совместные манёвры флота и сухопутных войск, которые выявили серьёзные проблемы технической оснащённости как кораблей, так и береговых служб, и подтвердили низкую боеспособность русского флота в условиях базирования на два порта, разделённых более чем 1000-мильным пространством чужих вод и берегов. Вопрос о единстве командования флотом и базой поднял в своём сообщении Управляющему морским министерством вице–адмирал Я. А. Гильтебрандт, но его мнение в Петербурге даже не обсуждалось.
Резкое обострение  политической обстановки на Дальнем Востоке и последующие события потребовали участия эскадры уже в реальных боевых действиях.

III.

В мае 1900 года в Китае разгорелось мощное крестьянское восстание, организатором которого было общество «I-ho-chuan/Yihequan/Ихэцюань» («Кулак, поднятый во имя мира и справедливости»), одно из многочисленных тайных обществ Китая, переименованное в 1899 году в «Yihetuan/Ихэтуань» («Отряды мира и справедливости»). За флаги с изображением кулака и за пристрастие к рукопашному бою европейцы прозвали ихэтуаней «боксёрами», поэтому на Западе восстание 1900 года известно как «боксёрское» (The Boxer Rebellion).

Восстание ихэтуаней зрело долго. К концу XIX века Китай был поделён на сферы влияния крупнейших империалистических держав, которые активно вмешивались в экономику Цинской империи. Поражение в войне с Японией в 1894—1895 годах, продолжающееся обнищание населения, голод и стихийные бедствия 1898 года ещё более способствовали росту ненависти к европейцам: «белые варвары» или «заморские дьяволы» стали в глазах миллионов китайцев причиною всех бед в Подне­бесной. Произошли первые антинемецкие выступления, что побудило государства, чьи  интересы в Китае терпели наибольший ущерб, и в первую очередь, Германию, в 1899 году попытаться навести здесь порядок силой оружия. Это вызвало возмущение китайцев по всей стране, стали формироваться силы сопротивления, их возглавили ихэтуани, движение ширилось, принимая форму народного восстания: в нём участвовали разорившиеся крестьяне, мелкие ремесленники, «шеньши» (низы образованного слоя), даосские и буддийские монахи, хунхузы. Разбой и погромы захлестнули многие районы Цинской империи. Ихэтуани уничтожали всё, что было связано с европейцами, – фабрики, заводы, железные дороги, телеграфные линии, школы, христианские церкви. В мае 1900 года начались массовые зверские убийства миссионеров и христиан, потом китайцы и ихэтуани будут казнить уже всех евро­пейцев без разбора, подвергая их мучительным пыткам. Всего в ходе боксёрского восстания погибло до 30 тысяч католиков и 2 тысячи протестантов; из 2500 протестантских миссионеров было убито 134.

Реальная угроза жизни иностранных граждан, в том числе представителей дипломатического корпуса, привела к созданию военной коалиции, в которой, как показали дальнейшие события, решающая роль была отведена российской армии.
Восемь держав: Россия, Англия, США, Франция, Германия, Италия, Австро–Венгрия и Япония направили в Печелийский (Чжилийский) залив свои эскадры (всего 30 кораблей). С 20 мая на рейде Таку (Taku/Dago) находился отряд русских кораблей (броненосец «Сисой Великий», крейсер «Дмитрий Донской», канонерские лодки «Гремящий», «Кореец», минные крейсера «Всадник» и «Гайдамак») во главе с контр–адмиралом М.Г. Веселаго. 24 мая в Таку на флагманском крейсере 1 ранга «Россия» с канонерской лодкой «Сивуч» прибыл командующий Тихоокеанской эскадрой вице–адмирал Гильтебрандт Я. А.

Англичане, русские и немцы уже заняли главные северные порты, кроме Фучжоу.
Возможность столкновения с регулярными китайскими войсками исключалась, а силы боксёров и вовсе не принимались всерьёз до тех пор, пока они не стали разрушать железную дорогу между Таку и Тянь–цзином и даже пытались устанавливать мины в устье Пэйхо. Чтобы держать вход в реку Пэйхо (Байхэ) свободным и тем самым сохранить сообщение с Тянь–цзином, 2 и 3 июня на заседаниях, проходивших на крейсере «Россия» у старшины Совета адмиралов вице–адмирала Я. А. Гильтебрандта, командованием международных коалиционных сил было решено предъявить ультиматум коменданту крепости Таку генералу Ло Юн Гуаню (Lo–Yung–Kuang) с предложением сдать форты не позже двух часов ночи 4 июня, а, в случае отказа, форты будут взяты штурмом.
При штурме предстояло взять четыре форта: Северный и Северо–западный – на левом берегу Пэйхо, Южный и Новый – на правом. Форты, тянувшиеся на протяжении трёх верст с юга на север вдоль морского берега, были вооружены сильной артиллерией в 240 орудий разных систем и калибров, из них 54 орудия было новейшей системы Армстронга. Орудия были прочно установлены, имели круговой обстрел и поэтому могли простреливать как устье реки, так и реку, которая, благодаря своим постоянным извивам на протяжении 12 верст от устья вверх, четыре раза идёт почти параллельно фортам. Расстояние между фортами, запирающими устье, не более 100 сажен.
Броненосцам международной эскадры не составило бы особого труда разнести укрепления Таку, но из–за мелководья они не могли подойти к берегу ближе, чем на 13 миль (20 км). Поэтому форты должны были атаковать шесть канонерских лодок: английская «Algerine/ Альжерин», французская «Lion/Лион», германская «Iltis/Ильтис», русские «Бобр», «Гиляк» и «Кореец». В ночь на 4 июня 1900 года в устье Пэйхо расположились два английских контр–миноносца «Whiting/Вайтин» и «Fame/Фэйм». Два русских миноносца № 203 и № 207 (командир – лейтенант Николай Бахметьев; 1864 — 1904) перевозили через Пэйхо десанты для занятия южных фортов.

На случай боя сводный десантный отряд состоял из: 350 английских матросов под командою капитана Крадока (Sir Christopher George Francis Maurice Cradock,1862—1914); 230 японских под начальством капитана Хаттори (Hattori); 130 германских; 50 австрийских с лейтенантом Ernt. Tatniams Qenta; 25 итальянских с лейтенантом Танка (J.Tanca)». Под общим комадованием германского капитана Гуго фон Поля (Hugo von Pohl; 1865—1916) десант начал переправляться через реку в лодках, над которыми то и дело стали проноситься снаряды, – китайские форты обстреляли их за час до истечения срока ультиматума. Тогда «Бобр» подал сигнал о начале штурма, «Гиляк», «Кореец» и «Альжерин» открыли огонь по китайским батареям; ожесточённая артиллерийская перестрелка продолжалась более 6 часов. Канонерки союзников действовали достаточно эффективно, но судьбу фортов решил десант. В 1 час ночи, когда раздались первые выстрелы с китайских фортов по лодкам, русский десант из 157 человек под командой поручика Сильвестра Станкевича (1866—1919), высаженный на левый берег Пэйхо, соединился у заброшенной батареи (импани), позади Северо–западного форта, с международным десантом, а в 5 ½ час. утра над Северо–западным фортом уже развивался английский флаг. В 6 ½ час. утра русский флаг был водружён на Южном форту; германский и австрийский – на Новом; японский – на Северном; английский и итальянский – на Северно–западном. Ещё раньше лейтенант Константин Славинский (1880—1942) и отряд матросов с малого миноносца № 203 заняли без боя китайское адмиралтейство, на флагштоке был поднят Андреевский флаг.

К 6 час. 45 мин. утра 4 (17) июня сопротивление прекратили все форты Таку, морские ворота к Пекину были в руках коалиционных сил

В боях на реке Пэйхо, при штурме крепости Таку, отличился лейтенант Людвиг Кербер. Тогда он плавал и на канонерской лодке «Манджур», но основным местом службы оставался крейсер 1 ранга «Россия», который как флагман старшины Совета адмиралов международной коалиции вице–адмирала Я. А. Гильтебрандта принимал самое непосредственное участие в кампании по подавлению восстания «боксёров» в Китае.

Вклад всех членов экипажа «России» и старшего минного офицера Л. Б. Кербера в общую победу был реально весомым. Убедиться в этом нетрудно, если восстановить хронику главных событий «европейско–китайской войны» 1900 года. Известно, что после штурма и захвата порта Таку командир «России» капитан 1-го ранга Доможиров Александр Михайлович (1850—1902) был включён (26.6.1900) в состав морского походного штаба главного начальника и командующего войсками Квантунской области (района Порт–Артура) и всеми морскими силами в Тихом океане вице–адмирала Евгения Ивановича Алексеева (1843—1917). А 3 июля он сдал командование крейсером «Россия» и с 16 июля состоял временно исправляющим должность младшего флагмана эскадры Тихого океана, тогда же был назначен комендантом крепости Таку.

После взятия Таку (Taku/Dago) китайское правительство заявило о решительной поддержке ихэтуаней. 8 (21) июня вдовствующая Великая императрица цинского Китая Цы Си (Tsu Hsi/Cíxǐ Tàihòu; 1835—1908) фактически объявила войну иностранным государствам. Была издана «Декларация о войне». Иностранцы в течение 24 часов должны были покинуть Пекин (Peking/Beijing). Ранее, 28 мая (11 июня) был убит переводчик японской миссии Сугияма (Sugiyama Akira), 7 (20) июня застрелен германский посланник барон фон Кеттлер (Clemens August Freiherr von Ketteler), что послужило сигналом для начала осады иностранных посольств; непрерывные бои в Пекине продолжались около месяца.
По просьбе консулов, для охраны дипломатических миссий ещё 18 мая в Посольский квартал поездом прибыло 75 французов, 63 американца, 50 немцев, 28 итальянцев, 25 японцев, а также 74 русских моряка (должны были доставить ещё пушку, но успели привезти только несколько ящиков снарядов к ней). На следующий день приехали 79 англичан (с двумя пушками) и 30 австрийцев. Судовой десант с броненосцев «Наварин» и «Сисой Великий» состоял из 72 матросов (один – с крейсера «Разбойник») и двух офицеров: лейтенанта барона Фердинанда Владимировича фон Радена (Ferdinand Arthur Lionel Gotthard von Rahden; 1863—1919; уроженец Ревеля) и мичмана Карла Иоакимовича фон Дена (Karl Alexander von Dehn;1877—1932; родом из Ярвамаа). За храбрость произведён в лейтенанты, будущий командир подлодки, уже в звании капитана 1-го ранга он приведёт легендарный «Варяг» в Россию, выкупившую его у Японии в 1916 году.

Вокруг русского посольства была сооружена баррикада – форт «Наварино–Сисойский» –высотой 3,5 м и шириной 2 м, соединившая дипломатическую миссию с воротами Русско–китайского банка. Для лучшей организации обороны вокруг были разрушены китайские дома. На территорию Посольского квартала до конца мая перебралось около 900 иностранцев, там же находились около 3 тысяч китайцев–христиан. Международный военный отряд (430—525 человек) взял на себя задачу обороны Посольского квартала. С 7 (20) по 11 июня боксёры предприняли четыре штурма. Вскоре инициатива стала переходить в руки европейцев. Первая крупная вылазка на китайские позиции была проведена 20 июня. Во время вылазки 24 июня русские матросы нашли старую китайскую пушку, к которой подошли русские снаряды (в снарядах уменьшили запас пороха), и российская миссия получила свою артиллерию.
Периодически китайцы переходили в наступление. 29 июня, после сильного обстрела, им удалось частично захватить французское и германское посольства, но 30 июня европейцы сумели отбить их. Осада посольского квартала продолжалась 56 дней (при полном отсутствии воды!?).

Только 1 (14) августа пришло долгожданное освобождение дипломатов. Совершив глубокий рейд, воинс­кие контингенты вось­ми государств (Россия, Англия, Франция, США, Германия, Италия, Австро-Венгрия и Япония) овладели китайской столицей, хотя не всё пошло по плану, согласно которому 1 августа японцы должны были брать Средние ворота (the Chihuamen Gate), русские – Восточные (the Tungchihmen Gate), англичане (the Shawomen Gate) и американцы – Тунпеньмыньские ворота (the Tungpienmen Gate) Китайского города.
Печилинским сводным отрядом командовал генерал–лейтенант Николай Петрович Линевич. Он решил отправить в Пекин 31 июля, то есть раньше назначенного дня его штурма, сильный рекогносцировочный отряд во главе с начальником штаба генералом Н.А. Василевским, который блестяще выполнит поставленную задачу – надо было произвести рекогносцировку пути и подступов к Пекину и попытаться «овладеть восточными воротами нечаянным нападением, если к этому представится возможность». Очень скоро был найден вход на стену у восточных ворот, бойцы Василевского (сам он будет ранен пулей в грудь навылет) водрузили русский флаг на башне Дунбяньмэнь. Проводником у них был корреспондент порт–артурской газеты «Новый край» Дмитрий Григорьевич Янчевецкий (1873— 1934) (брат писателя Василия Яна), детство и юность которого прошли в Ревеле; в 1903 году вышел его дневник–репортаж «У стенъ недвижнаго Китая».
В 7 ½ час. утра 1 августа главные силы союзнических войск начали обстрел города, заняв прилегающие высоты и строения напротив ворот. Когда русский отряд уже вёл уличные бои, американский военный корпус практически без сопротивления сумел войти в южные ворота восточной крепостной стены Гуанкумэнь и, проникнув по руслу водоотводного канала во Внутренний город, около 2 часов дня добрался до Посольского квартала. В штурме Пекина участвовал сводный экспедиционный корпус английского вице–адмирала Эдварда Сеймура, в составе которого был русский десантный отряд под командованием капитана 2-го ранга Ивана Чагина, старшего офицера с крейсера «Россия». С подходом авангарда войск генерал–лейтенанта Николая Линевича овладение воротами и стенами города было обеспечено. К 11 часам огонь китайцев совсем ослабел. Генерал–лейтенант Линевич с двумя сотнями казаков и четырьмя ротами стрелков направился в русскую миссию, откуда им навстречу была предпринята вылазка отряда, державшего около двух месяцев оборону Посольского квартала, который в 4 часа дня был, наконец, освобождён. В это время союзнические силы во главе с русским генерал–майором А.М. Стесселем вступили в Пекин и расположились биваком у Тунмыньских ворот (the Tungchihmen Gate). Поздно ночью 1 августа японцы пробились через Цихуамыньские ворота (the Chihuamen Gate), потеряв при этом 30 человек убитыми, 120 были ранены. Части британских колониальных сил из Индии избежали штурма, пройдя в свою миссию по опустевшему городу. Уже после штурма пришли в Пекин и французы.

Взятию Пекина международными коалиционными силами предшествовали тяжёлые позиционные бои за Тянь–цзин (Tientsin/Tianjin) и Янцунь (Yangcun).
С установлением контроля над портом Таку 4 (17) июня стала возможной оперативная переброска новых войск в Тянь–цзин, откуда они смогут наступать на китайскую столицу. И первой совместной операцией русского флота с союзниками в военной кампании 1900 года стала отправка морского десанта в Пекин для эвакуации посольств.

Под командованием английского вице–адмирала Эдварда Сеймура (Sir Edward Hobart Seymour; 1840—1929) был сформирован сводный экспедиционный корпус союзнических сил численностью в 2157 человек: 916 англичан, 540 немцев, 158 французов, 312 русских, 112 американцев, 54 японца, 40 итальянцев и 25 австрийцев.
Уже 28 мая (10 июня) из Таку в Тянь–цзин пришли три поезда: первый – с английскими войсками; на втором поезде с лейтенантом Заботкиным Дмитрием Дмитриевичем (1873—1938) прибыла десантная рота в 100 человек с крейсера 1-го ранга «Россия». На следующий день четвёртый дополнительный поезд доставил ещё две сводные роты – 212 моряков с броненосцев «Наварин» и «Петропавловск» и крейсеров «Дмитрий Донской» и «Адмирал Корнилов», командовал ими лейтенант Бурановский Виктор Захарович (1866—1939). Начальником всего русского морского десанта (7 офицеров и 312 нижних чинов) был назначен старший офицер крейсера «Россия» капитан 2-го ранга Чагин Иван Иванович (1860—1912). Ему помогали мичмана: Зельгейм Лев Николаевич (Sellheim; 187х—1904), Кехли Николай Платонович (Koechly; 1874—1917), Пелль Пётр Николаевич (Poehl; 187х—1904) и Кнорринг Богдан Николаевич (von Knorring; 1880—1935). Сводный отряд сопровождали врач с «Дмитрия Донского» Островский Александр Александрович и фельдшер Шепетовский Н. Н. Судовой десант имел две 2,5-дюймовые пушки Барановского с «России».

29 мая в спешном порядке экспедиционный корпус Эдварда Сеймура в 5 ж/д составах отправился по железной дороге из Тянь–цзиня в Пекин, рассчитывая в тот же день добраться до столицы. Но железнодорожное полотно во многих местах было разрушено «боксёрами», приходилось ремонтировать пути, так что союзники продвигались медленно, почти ежедневно теряя людей не только от нападения «боксёров», но и от случайностей (3 июня,  в темноте, английские часовые по ошибке обстреляли возвращающихся с работ русских  моряков). 5(18) июня вблизи станции Ланфан (Lang–Fang) экспедиционный корпус был атакован отрядами «боксёров», войсками китайского генерала Дун–Фусяна (Dong Fuxiang; 1839—1908) и пятитысячной регулярной конницей генерала Ма–Фусяна (Ma Fuxiang/Ma Fu–hsiang; 1876—1932). В районе станции Анпинь (Anping) сеймуровцам удалось вырваться из окружения, теперь они были вынуждены с боями отступать к Тянь–цзиню.

Тем временем, 29 мая сотрудники иностранных миссий пришли на пекинский вокзал встречать, но так и не дождались прибытия войск вице–адмирала Сеймура.
При отступлении русские, немцы и итальянцы из экспедиционного корпуса шли вдоль обоих берегов реки Пэйхо, постоянно отстреливаясь, чтобы защитить от пуль в первую очередь раненых, которых везли на баржах или на двуколках, несли в носилках. Однако, 10 (23) июня в 6 милях от Тянь–цзиня отрядам Сеймура удалось сходу занять Северный арсенал Сику (The Great Xigu Arsenal), где хранились запасы новейшего оружия и боеприпасов, медикаменты и продовольствие, предназначенные для Армии Северного океана. Оказывается, накануне отряд Chao Yin–ho, охранявший арсенал, получил приказ генерала Не Шичэна (Nieh Shih–ch'eng;1836—1900) перехватить сеймуровский отряд под Бейцаном (Peitsang/Beicang), и покинул Сику (Hsi–Ku/Xigu), но вернувшись 11 (24) июня, наткнулся на хорошо организованную оборону, в результате все атаки китайцев были отбиты с большими для них потерями – 120 человек убиты и 130 ранены.
На выручку отрядам Сеймура из Тянь–цзиня был отправлен интернациональный корпус подполковника Ширинского Михаила Ивановича (1854—после 1917), в составе 2-ой и 8-ой роты 9-го Восточно–Сибирского стрелкового полка, 1-ой и 7-ой роты 12-го Восточно–Сибирского стрелкового полка (880 человек) и четырёх рот союзников (800 англичан, 120 американцев, 100 немцев, 50 французов и 50 японцев), при 3 пулемётах Муравского. Выступив в 2 часа ночи 12 июня, они с боями прорвались к арсеналу Сику, с которого около 6 часов утра сеймуровцы наблюдали, как китайская кавалерия в беспорядке бежала от Тянь–цзиня. Из трофеев отрядам союзнических сил досталось 95 новейших 75—87-мм пушек Круппа и 156 орудий других систем, 50 тысяч ружей Маузера и Манлизера, тысяча пудов риса и т. д. Всё, что можно, было взято с собой в Тянь–цзин, куда они отправились в 9 часов утра 13 июня.
За две недели, проведённые в самых тяжёлых условиях боевого похода, экспедиционный корпус вице–адмирала Эдварда Сеймура потерял: 62 человека убитыми и 238 человек были ранены, из них русских погибло 10 человек, ранено 21 и контужено 10 человек. По другим данным, общие потери составили – 2 офицера и 54 нижних чина убитыми, ранеными 24 офицера и 228 нижних чинов; у русских убиты 10 матросов, ранены 22 матроса и 4 офицера: лейтенант Заботкин, мичмана Пелль, Зельгейм и Кехли (потерял левый глаз, но через 1 1/2 месяца уже стоял на вахте на своём родном крейсере «Дмитрий Донской»). Наибольшие потери понесли англичане (27 убитых и 97 раненых) и немцы (12 убитых и 62 раненых). В Тянь–Цзине русские раненые пробыли недолго. 15 июня их на баржах отправили по реке Пэйхо в Таку, где сначала разместили на крейсере «Россия», а затем определили в русский госпиталь в Нагасаки, в Японии.
Спасение отрядов Сеймура стало возможным после 10 июня, когда из Таку в Тянь–цзин подошли коалиционные войска под командованием генерал–майора А. М. Стесселя, первой задачей которых было деблокирование международной колонии, больше недели осаждаемой «боксёрами» и китайской армией.

С началом массовых погромов и зверских убийств иностранцев восставшими ихэтуанями, также как и в посольский квартал в Пекине, для защиты составлявших сеттльмент европейских концессий были направлены десанты коалиции: около сотни англичан; 50 немцев, 35 итальянцев, 30 французов, 30 японцев и несколько американцев. Русский отряд (25 казаков и 44 матроса) вели офицеры – мичмана Глазенап Павел Александрович (1878—1943), Браше Николай Николаевич (1878—1904) и Ден Николай Владимирович (Nikolai von Dehn; 1879—1905), за командира – лейтенант барон Каульбарс Евграф Романович (1862—1920; родовое имение в Ляэне–Вирумаа), двоюродный племянник знаменитого генерал–лейтенанта Александра Каульбарса. У русских было 4 маленьких морских пушки Барановского. У англичан – 2 полевых орудия и 2 морских скорострельных пушки, которые были поставлены на железнодорожные платформы; у французов и немцев были пулемёты и десантные орудия. Орудия были расставлены по окраинам концессий, расположенных вдоль берега Пэйхо, но в случае нападения «боксёров» этого было совершенно недостаточно и не спасло бы две тысячи европейцев от резни.

30 мая (12 июня) русской эскадрой в составе броненосцев «Наварин» и «Петропавловск», крейсера «Дмитрий Донской», канонерок «Отважный», «Гремящий», «Манджур» и «Бобр» в Таку был доставлен первый эшелон Квантунских войск в составе 12-го Восточно–Сибирского стрелкового полка, взвода сапёров и полусотни казаков, всего в количестве двух тысяч человек под общим начальством полковника Анисимова Константина Андреевича (1850(18500419)—1917), героя битвы в Деве–Бойну (1877). Ночью 31 мая (13 июня) они и десант с пяти русских кораблей благополучно прибыли в Тянь–цзин на железнодорожный вокзал, находившийся на другом берегу реки.
Двумя днями ранее генерал Не Ши Чэн, герой китайско–японской войны 1894—1895 гг., командующий Чжилийским корпусом, считая деятельность ихэтуаней вредной для интересов Китая, выслал отряд своих войск на охрану станции в Тянь–цзине. 30 мая 1900 года здесь сосредоточилось 5000–7000 солдат китайской армии, но вдовствующая императрица Цы Си запретила генералу Не Ши Чэну трогать подошедшие 31 мая к Тянь–цзиню отряды ихэтуаней («боксёров»), которые перегородили улицы баррикадами, вокруг города вырыли окопы и установили артиллерийские батареи, со 2 (15) июня обстреливавшие вокзал и концессии, вызывая всё новые разрушения и человеческие жертвы. 4 июня союзный гарнизон был блокирован, будучи отрезанным сообщением по реке с морем, и в течение недели держал оборону европейской части Тянь–цзиня, отражая не только все попытки «боксёров» прорваться к сеттльменту, но и делая вылазки в прилегающие кварталы китайского города, а 10 июня отряду полковника Анисимова даже удалось захватить у китайцев более всего вредившую 6-дюймовую осадную пушку и несколько полевых орудий. Тяньцзинский союзный гарнизон противостоял регулярным императорским войскам и отрядам ихэтуаней численностью до 19 тысяч человек.

Переброске подкреплений коалиционных сил препятствовала стоявшая в Шанхайгуане (Shan–hai–kuan) китайская броненосная эскадра адмирала Тинга (Ding).
Когда после захвата фортов в Таку, в тот же день 4 (17) июня из Порт–Артура (Люйшуня) вышли броненосцы «Наварин» и «Петропавловск», крейсер «Дмитрий Донской», канонерские лодки «Манджур», «Гремящий» и «Сивуч» с новыми десантными частями сухопутных войск под командованием генерал–майора барона Стесселя Анатолия Михайловича (1848—1915), адмирал Тинг немедленно выдвинул свою эскадру из Шанхайгуаня навстречу русским кораблям, чтобы принудить их вернуться в Порт–Артур. И возглавлявший боевой поход контр–адмирал Веселаго Михаил Герасимович (1843—1929) на флагманском корабле «Наварин», дабы сберечь флот, экипажи и десант, просигналил китайцам, что русские разворачиваются и идут обратно в Порт–Артур. Действительно, на палубах кораблей не было свободного места от людей и грузов: два батальона 9-го Восточно–Сибирского стрелкового полка и полусотня забайкальских казаков 1-го Верхнеудинского полка — всего 2034 человека; артиллерийская (4 пушки) и пулемётная (4 пулемёта) батареи; лошади.

Неожиданно с «Дмитрия Донского» прозвучало два выстрела. Готовые к бою китайские комендоры немедленно ответили на огонь. Развернувшиеся «Наварин» и «Петропавловск» успели сделать несколько ответных залпов, повредивших носовую башню крейсера «Хуан–Хай» («Сан Мартин»). Китайские броненосцы «Шэн–Хай» и «Цин–Хай» пошли наперерез русским крейсерам, чтобы отогнать их назад. В этот момент «Дмитрий Донской» прибавил хода, оторвавшись от своих кораблей, намереваясь всё же прорываться к Таку. «Хуан–Хай» и «Дун–Хай» пустились вдогонку и остановили русский корабль. Один снаряд ударил в левый борт «Дмитрия Донского» и взорвался в офицерских каютах, другой попал под грот–мачту и сбил боевой марс. Третий снаряд угодил в передний мостик. С паникой, охватившей стрелков, не смог справиться генерал–майор А.М. Стессель (на «Дмитрии Донском» размещался штаб 3-й Восточно–сибирской бригады). Именно он приказал начать стрельбу из полевых орудий по китайским крейсерам, завязав тем самым бессмысленный бой. Теперь, когда командир крейсера капитан 1-го ранга Шарон Е.Е. был тяжело ранен, Стессель распорядился прекратить огонь, остановить машины и спустить боевой флаг, но офицеры «Дмитрия Донского» вновь подняли Андреевский флаг и открыли кингстоны.
Адмирал Тинг дал приказ оставить корабль в покое, китайские крейсера приняли подошедшую к ним шлюпку, в которой находились генерал–майор А. Стессель и каперанг Е. Шарон, и стали уходить, тем более что с западной стороны быстро приближался броненосный крейсер «Россия». Флагман русской тихоокеанской эскадры подоспел из Таку очень вовремя – вода уже заливала батарейную палубу «Дмитрия Донского», и надо было срочно спасать уцелевших людей. Капитану 2-го ранга Мартынову Борису Николаевичу (1855—?) удалось навести порядок среди десанта и организованно переправить его по спущенным трапам на «Россию», последними гибнущий крейсер покидали моряки. В гавань Порт–Артура вернулись канонерки, за ними броненосцы «Петропавловск» и сильно повреждённый «Наварин. В итоге, 4 июня из десантного отряда генерал–майора Стесселя А. М. всё же добрались до Таку только поднятые на крейсер «Россия» стрелки, артиллеристы и казаки.

После неудавшейся переброски десанта на русских кораблях вице–адмирал Гильтебрандт Я. А. собрал у себя на крейсере «Россия» совещание, на котором флагманы стационеров в Таку пришли к соглашению атаковать китайский флот в Шанхайгуане. Был выработан план построения соединенной эскадры. В правой колонне должны были идти три английских корабля – броненосец 2-го ранга «Центурион», броненосный крейсер «Орландо» и бронепалубный крейсер 1-го ранга «Эндимион». Левую колонну составляли связанные военным союзом русские и французы под флагом командующего союзной эскадрой вице–адмирала Гильтебрандта, у них было пять кораблей: броненосец «Сисой Великий», броненосный крейсер «Россия», бронепалубные крейсера 1-го и 2-го ранга («Адмирал Корнилов», «Данкасто» и «Декарт»). Союзники по Тройственному блоку с пятью самыми слабыми крейсерами 2-го ранга (немецкие «Кайзерин Августа» и «Гефион») и 3-го ранга (итальянские «Эльба» и «Калабрия», австрийский «Зента») должны были находиться в резерве. Наиболее быстроходному японскому крейсеру 2-го ранга «Кассаги» отводилась роль разведчика.

Международная эскадра направилась тремя колоннами мимо берегов Печелийского залива к Шанхайгуаню. Командующий походом вице–адмирал Гильтебрандт хотя понимал, что из таких разнородных сил невозможно образовать настоящую боевую эскадру, всё же был уверен, что китайцы не решатся воевать со всей коалицией. Но адмирал Тинг проявил инициативу и скоро настиг идущие тихим ходом корабли. Китайская эскадра – броненосцы «Шэн–Хай» и «Цин–Хай», крейсеры «Хуан–Хай» и «Дун–Хай» – оказалась серьёзным противником. Один за другим были уничтожены три крейсера cоюзников: «Кассуги» «Кайзерин Августа» и «Гефион»; в течение получаса было покончено с английскими кораблями: «Орландо» затонул, «Эндимион» еле дотянул до берега; охваченный огнём броненосец «Центурион» уходил в сторону моря. Китайцы начали обстрел флагманского крейсера «Россия». Прямым попаданием была подбита правая носовая 8-дюймовая пушка, пожар охватил всю переднюю батарейную палубу, но кормовые орудия «России» открыли огонь по китайскому флагману «Шэн–Хаю», вызвав у него пожар на рострах. Под сосредоточенным огнём противника оказались «Сисой Великий» и «Адмирал Корнилов». Хотя на «Сисое» уже горел мостик, а в трюмные отсеки поступала вода из–за пробоин в носовой части, ответом стало прямое попадание из 12-дюймовки в кормовую башню «Шэн–Хая». Несколько снарядов с «Сисоя» разорвались на его верхней палубе, разбив радиорубку и нанеся тяжёлые потери расчётам установленных 6-дюймовых орудий. У китайцев оставался невредимым только броненосец «Цин–Хай», но он не успевал помочь идущему в конце крейсеру «Дун–Хай», получившему ранее серьёзные повреждения от «Центуриона». Когда 8-дюймовый снаряд с «России» ударил в самую середину корпуса, под бронепояс, проделав пробоину в поперечной угольной яме, и вода сразу стала поступать в машинные и котельные отделения, «Дун–Хай», теряя ход, пошёл к берегу, отстреливаясь от повернувших на него французских «Данкасто» и «Декарта». Баталия продолжалась недолго, но обе эскадры были уже изрядно потрёпаны. Крейсер «Адмирал Корнилов» после прямого попадания из 12-дюймовки, оторвавшего ему всю носовую оконечность, занимался посадкой экипажа на шлюпки. Составлявшие главные силы союзников «Россия» и «Сисой Великий» едва держались на плаву. Получив от дежурившего в море «Гайдамака» сообщение о неудачном начале сражения, командиры всех стоявших в Таку судов, включая американский броненосный крейсер «Нью–Йорк», приняли решение немедленно двигаться на выручку союзной эскадре. Два китайских броненосца и крейсер «Хуан–Хай» повернули в Шанхайгуан. Поздно ночью, при посредничестве командира испанского монитора «Монтеррей» состоялись переговоры между вице–адмиралом Гильтебрандтом Я. А. и адмиралом Тингом, на которых были определены условия перемирия между коалицией восьми держав и китайской армией, выступавшей на стороне адмирала Тинга.

Генерал–майор Стессель А.М., высадившись в Таку с десантом сухопутных войск, 7 (20) июня выслал к Тянь–цзиню подполковника Савицкого Владимир Михайлович (1850—1907) с отрядом численностью около 600 стрелков (4-я и 5-я роты, часть 8-й роты 9-го Восточно–Сибирского полка), при двух пушках. К нему присоединились 130 американцев с одним орудием и пулемётом. На следующий день на подступах к Тянь–цзиню сводный отряд пехоты попал в засаду, потеряв 10 человек убитыми и 18 ранеными, отступил к Цзюньлянчену, куда уже 9 июня подошли основные силы 9-го Восточно–Сибирского стрелкового полка Стесселя (1180 человек) и свыше тысячи человек союзников: англичан (550), американцев (200), германцев (240), японцев и итальянцев (150). Они провели успешную атаку и, прорвав китайскую оборону на подступах к Тянь–цзиню, 10 июня во второй половине дня соединились с вышедшим им навстречу отрядом полковника Анисимова К. А. в составе пяти стрелковых рот и сотни казаков при двух 2,5-дюймовых пушках Барановского; бои с «боксёрами» продолжались до поздней ночи.
Во время этого похода потери у генерал–майора Стесселя составили 14 человек убитыми, 49 были ранены и пропали; в отряде Анисимова в этот день погибли 4 офицера и 35 нижних чинов, ранены 6 офицеров и 172 нижних чина.
На помощь экспедиционному корпусу вице–адмирала Эдварда Сеймура, блокированному в Северном арсенале Сику, 11 июня был отправлен интернациональный корпус под командованием подполковника М. Ширинского; 13 июня вернувшихся из сеймуровского похода приветствовали в европейской части Тянь–цзиня.

На следующий день 14 (27) июня началась операция по взятию хорошо укреплённого Тяньцзинского Восточного арсенала. Союзные силы, которыми командовал генерал–майор Стессель, были разделены на 3 колонны. Правая колонна полковника Анисимова К. А., состоявшая из 1-й, 8-й и 7-й роты 12-го Восточно–Сибирского стрелкового полка; 5-й, 7-й и 8-й роты 10-го Восточно–Сибирского полка; 6-й роты 9-го Восточно–Сибирского полка и 400 бойцов от американцев, германцев и японцев, была послана против отрезанного рвом южного фаса Восточного арсенала. Средняя колонна подполковника Савицкого В. М., состоявшая из 1-й, 2-й, 3-й, 5-й и 7-й роты 9-го В.–С. полка; двух германских рот и 4-х пулемётов Муравского, была направлена против западного фаса, вооружённого сильными орудиями. Левая колонна, состоявшая из английской морской бригады и 1-го Вейхайвэйского англо–китайского полка, была выдвинута против северного фаса.
В резерве оставались 4-я рота 9-го В.–С. полка, 4-я и 5-я роты 12-го В.–С. полка, сапёры, казаки, тяньцзинский десант лейтенанта Евграфа Каульбарса и только что прибывший с отрядом Э. Сеймура десант Ивана Чагина.
В 9 часов утра орудия – 8 русских и одно английское – открыли огонь, и завязался бой. Днём, в 1 час 30 мин., преодолев ожесточённое сопротивление китайцев, русские отряды захватили Восточный арсенал, стоивший не менее 10 миллионов рублей, и подняли Андреевский флаг. «Боксёры» попытались атаковать с тыла, но безуспешно – отличились стрелки 4-й ротой 9-го полка В.–С., 5-й ротой 12-го В.–С. полка, казаки, сапёры и моряки мичмана Николая Браше. Общими усилиями союзников в этот же день был взят и Западный арсенал. Методичный и точный обстрел из двух английских орудий заставил китайцев отступить в Тянь–цзин, который на 15 июня защищало 10—15 тысяч ихэтуаней. После 18 июня китайские войска захватили Чэньцзягоу, район Тяньцзиньского ипподрома, но 26 июня (9 июля) под Балитай (район современного Тянь–цзиня) в бою с отрядами коалиционных сил под командованием генерал–майора А. Стесселя геройски погиб генерал Не Ши Чэн, лично возглавивший контратаку своих войск, остановив тем самым отступление китайских солдат. 23 и 27 июня бои шли в самом Тянь–цзине, под контролем «боксёров» оставались цитадель и укрепления впереди городской окраины, они ещё занимали юго–западный арсенал и сильную позицию за Лутайским каналом. Китайский гарнизон генерала Ма Юй Куня и подошедшие цинские войска генерала Сун Цина выступили против международного контингента и 28 июня подвергли сильнейшему артобстрелу позиции коалиционных сил, ж/д вокзал, импани непрестанно бомбардировали Цзычжулин – французскую концессию. В 10 часов вечера 29 июня началось генеральное сражение за Тянь–цзин. Союзники, после удачного взрыва порохового склада, около 5 часов утра 30 июня (13 июля) вступили в артиллерийский бой с противником. Когда из Таку подошли новые подкрепления, и численность коалиционных сил возросла до 15,5 тысяч человек при 37 орудиях и 24 пулемётах, продолжилось наступление пехоты; в течение 6 часов русские отряды последовательно выбили китайцев с их позиций, заняв 2 батареи и 2 лагеря, смогли закрепиться вдоль полотна железной дороги. Несмотря на значительные силы, попытки лобовой атаки городских стен не удавались до тех пор, пока в 3½ часа ночи 1июля японские сапёры не взорвали ворота цитадели, и союзники вступили в китайский город. К 8 часам утра 1 (14) июля 1900 года объединённый отряд восьми стран полностью овладел Тянь–цзинем. В ходе боёв 1 и 2 июля китайцы оставили убитыми свыше 1000 человек и, бросив всё вооружение, ушли из Тянь–цзиня.


IV.

У берегов Жёлтого моря русские войска в то время уже дрались на два фронта: в Южной Маньчжурии – на Ляодунском полуострове и в Чжилийской провинции.
19 июля (1 августа) командир размещённого в Чжили Сибирского армейского корпуса генерал–лейтенант Линевич Николай Петрович (1939—1908) возглавил, помимо русского военного контингента (8-го Восточно–Сибирского стрелкового полка), и Печилийский экспедиционный корпус союзнических сил. 22 июля 1900 года, после разгрома ихэтуаней у Цзян–Чжуна, дорога на столицу Китая была открыта. При поддержке китайских войск началось наступление объединённой армии коалиции в составе 8 тысяч японских, 5 тысяч русских, 3 тысячи английских (индийских), 2 тысячи американских и 800 французских солдат; кроме того, в кампании символически участвовали по 50 человек от Италии и Австро–Венгрии. 23 июля (5 августа) у станции Бейцан (Peitsang/Beicang) была разбита вновь собравшаяся китайская армия, главная заслуга в очередной победе союзников принадлежала японцам под начальством генерала Фукушимы. На следующий день китайцы сдали Янцунь (Янг-Тсун/Yangcun), расположенный в 20–30 км от станции Бейцан. К 31 июля, совершив в экстремальных условиях (стояла жара в 42 °C (108 °F)) переход по обоим берегам Великого канала, союзные войска Японии, России, Великобритании, США и Франции, всего около 15 тысяч штыков и сабель, подошли к китайской столице. 1 (14) августа 1900 года главные силы Печилийского корпуса генерал–лейтенанта Линевича Н. П. (6250 пехотинцев и 377 кавалеристов при 16 лёгких полевых орудиях, шести 6-дюймовых полевых мортирах и 8 пулемётах) приступили к штурму Пекина. В течение дня к ним присоединились сводный экспедиционный корпус вице–адмирала Эдварда Сеймура и отряды под командованием генерала А.М. Стесселя. В ночь на 2 (15) августа осада всех иностранных миссий Посольского квартала была снята.

Для установления контроля над железной дорогой, соединявшей Пекин с зоной КВЖД, актуальным стал вопрос ликвидации Бэйтанской группировки китайских войск в опорных пунктах – Шаньхайгуань, Циньвандао, Бейтан и Лутай. В сентябре1900 года союзники сформировали специальный отряд численностью в 8 тысяч человек (русские, германцы, французы, австрийцы). Левую колонну возглавлял командир 2-й Восточно–Сибирской бригады генерал–майор Церпицкий Константин Викентьевич (1849—1905), начальником правой колонны был капитан 1-го ранга А. М. Доможиров, бывший командир крейсера «Россия». В ходе штурма 7 (19) сентября 1900 года была занята крепость Бейтан, что в 12 километрах от станции Тонку (Tang–Ku). В составе одного из десантных отрядов находился и лейтенант Людвиг Кербер. Руководство операцией было возложено на генерал–лейтенанта кавалерии барона Георгия Карловича фон Штакельберга (Georg August Paul von Stackelberg; 1851—1913; похоронен на фамильном кладбище в Нарве). 19 сентября (1 октября) отряд генерал–майора К. В. Церпицкого овладел Шанхайгуанем, близ границы с Маньчжурией, таким образом, китайская железная дорога Тонку – Шанхайгуань – Инкоу оказалась в руках союзнических сил.

 

Тем временем, в Южной Маньчжурии 10 (23) июля гарнизон русских солдат при поддержке десанта с канонерских лодок «Отважный» и «Гремящий» выбили из портового города Инкоу (Ньючжуан) на Ляодунском полуострове китайские войска и отряды «боксёров», которые 26 июля (8 августа) предприняли ещё один штурм европейского квартала, но были разбиты. Военным комендантом порта Инкоу был назначен командир канонерской лодки «Отважный» капитан 2-го ранга Константин Константинович Клапье де Колонг (Konstantin von Clappier de Colongue;1859 —1944; родился в имении Онтика, в Ида–Вирумаа).

Участвуя в подавлении «боксёрского восстания» в Китае, русские войска заняли всю Маньчжурию до Ляодунского полуострова, преследуя в этом главную цель – обеспечить экономические и военные интересы Российской империи на Дальнем Востоке и безопасность Китайско–Восточной железной дороги (КВЖД). К середине июня 1900 года отряды ихэтуаней совместно с правительственными войсками и бандами хунхузов заняли посты и посёлки КВЖД, поэтому в июле начались боевые действия русской армии в Северной Маньчжурии, и к 20 августа (2 сентября) вся магистраль КВЖД, на протяжении 1380 вёрст (~1472 км ), была освобождена от восставших ихэтуаней после успешного наступления по линии Айгун–Мерген–Цицикар, причём при взятии Гирина и Цицикара по своей лихости и отваге всех превзошёл кавалерийский отряд полковника Павла Карловича фон Ренненкампфа (Paul Georg Edler von Rennenkampff; 1854—1918; родом из Конувере/Päärdu mõis, в Ляэнемаа), находившегося в подчинении у приамурского генерал– губернатора Николая Ивановича Гродекова (1843—1913). В сражении у Айгуна (под Благовещенском) его кавалерия в составе экспедиционных войск 21 июля (3 августа) наголову разбила крупную группировку китайцев, 24 июля полковник Ренненкампф во главе Мергенского летучего отряда (491 казак при 2 конных орудиях) выступил в поход, за три недели были уничтожены наиболее подготовленные войска Хэйлунцзянской провинции: 2 (15) августа выбиты китайские войска с перевала Малый Хинган (Бэйдалин), 4 августа взят порт Мерген (Нуньцзян); 15 (28) августа захвачен крупный маньчжурский город Цицикар. 24 августа полковник П.К. Ренненкампф с отрядом из 10 сотен казаков и батареей двинулся по долине Сунгари (Сунхуацзян) к Бодунэ, где 29 августа застигнутые врасплох 1500 «боксёров» сдались без боя. 8 сентября отряд в три дня сделал переход в 300 вёрст (~320 км), переправившись при слиянии рек Нонни и Сунгари, и занял Куаченцзы (Каун–Чжен–цзы), 10 сентября совершил невероятный по быстроте (за сутки – 130 км) и внезапности налёт на Гирин (Цзилинь), захватив огромные военные трофеи (монетный двор и арсенал); в боях за Гирин и Телин (23 сентября) разгромил три китайские армии. Маньчжурский рейд летучих отрядов полковника П. К. Ренненкампфа стал одной из наиболее удачных и ярких операций военной кампании 1900 года в Китае, которая после взятия 15 (28) августа – Нингуты и 17 (30) сентября – Мукдена в основном закончилась.

Осенью 1900 года русскими войсками было проведено несколько крупных операций и продолжительных походов в горы Маньчжурии и в степи Монголии с целью рассеять царство хунхузов (хун–хуцзы, или «краснобородые»), неистребимое зло и несчастье Северной Маньчжурии и её населения. Руководил этими операциями генерал–лейтенант Александр Васильевич Каульбарс (Alexander Wilhelm Andreas von Kaulbars; 1844—1929; родился в имении Мёддерс/Mõdriku mõis, в Ляэне–Вирумаа), командир 2-го Сибирского армейского корпуса, дислоцированного в Гирине до весны 1901 года. В подчинении у него были генералы Кондратович Киприан Антонович (1858—1932), командир 2-й бригады 30-й пехотной дивизии и К. В. Церпицкий с войсками Южно–Маньчжурского отряда, а также командир 4-й Восточно–Сибирской стрелковой бригады полковник Фок Александр Викторович (1843 —1926) и командир конного отряда полковник П.К. Ренненкампф.

У генерал–лейтенанта А. В. Каульбарса имелись сведения о трёх больших группировках хунхузов (каждая численностью от 10 до 30 тысяч человек) и нескольких десятках малых отрядов и банд, общей численностью 10 тысяч человек, состоявших из разбойников и бездомных бродяг. Они обосновались в труднодоступных районах. Против хунхузов с 15 октября по 3 декабря 1900 года были отправлены экспедиции в долину реки Тумынь и к деревне Тунцзягоу, проведены Манпашанская, Куанкайская и Хайпаузенская (Хайфацзянская) экспедиции. Наиболее известными стали военные операции против хунхузской республики Цзяпигоу (село Чапигоу /Кроуновка), так называемой «охотничьей области», лежащей в горах к югу от Гирина, в верховьях реки Сунгари. После того, как 11 ноября в Гирин явился и сдался сам начальник Цзяпигоу князь Хандегю (Хань Дэнцзюй), отряды П.К. Ренненкампфа и А.В. Фока под общим командованием генерал–лейтенанта А.В. Каульбарса 21 ноября разгромили в ожесточённом бою Цзяпигоуских хунхузов, во главе которых теперь был «генерал» Люданцзыр (Лю Даньцзы), заменивший князя Хандегю. До сентября 1901 года продолжались изнурительные военные рейды по поимке Люданцзыра и других главарей хунхузских банд, но гарнизоны русских так и не сумели полностью уничтожить их «гнёзда». В Южной Маньчжурии борьбу с немногочисленными шайками хунхузов вели конные отряды генерал–лейтенанта Г. К. Штакельберга.
Итог боевых походов под начальством генерал–лейтенанта А. В. Каульбарса следующий – на севере Маньчжурии к середине июля 1901 года были разгромлены все крупные отряды хунхузов и восстановлено ж/д сообщение с Порт–Артуром.
И, наконец, с 22 августа (4 сентября) по 27 ноября (10 декабря) 1900 года была осуществлена Российская экспансия в Маньчжурию, что спровоцировало Японию на войну, поскольку данный регион входил в сферу влияния страны Восходящего Солнца.

Военная кампания 1900 года в Китае, несмотря на свои масштабы и последствия, остаётся малоизвестной и даже не именуется «войной», хотя для России была войной победоносной, правда, со слабым противником, не имевшим представления о европейской военной тактике, не умевшим даже стрелять из современного оружия. Тогда, в 1900 году не очень лестное впечатление сложилось и о вооружённых силах Японии, поэтому никто из российского военного руководства не верил в серьёзность и опасность милитаризации этой страны, и абсолютно не допускал, что японцы посмеют начать войну против России, хотя усиленные приготовления к ней ещё в октябре 1903 года не составляли секрета для Наместника императора на Дальнем Востоке Е. А. Алексеева, постоянно получавшего информацию о них от военно–морского атташе в Японии капитана 2-го ранга Русина Александра Ивановича (1861—1956), служившего на крейсере «Россия» в 1897—1899 годы.


V.

К концу 1900 года Людвиг Бернгардович Кербер возвратился на Балтику. Навигацию 1901 года он плавал на броненосце «Генерал–адмирал Апраксин», только что вышедшем из ремонта после аварии у острова Гогланд в ноябре 1899 года.

22 сентября 1901 года Кербер был зачислен слушателем на курс военно–морских наук при Николаевской Морской академии, по окончании которой в 1902 году он получает золотой нагрудный знак и приглашение на преподавательскую работу в академии, где в это же время преподаёт тактику, стратегию и историю флота Николай Лаврентьевич Кладо (1862—1919), виднейший российский теоретик военно–морского флота. У лейтенанта Кербера появляется возможность участвовать в подготовке и практическом воплощении первых стратегических игр флота, моделирующих будущие войны. В Кронштадте были изданы составленные им «Правила тактической военно–морской игры Джена».

Зимой  1902—1903 гг. в Петербурге, в Николаевской морской академии проходили практические занятия (военная игра) по стратегии, в ходе которых был произведён подробнейший разбор подготовки и хода вероятной войны России и Японии. По приказанию Управляющего морским министерством изначально задавалось несбывшееся, очень выгодное России, условие: начало войны – весна 1905 года, то есть в момент максимальной готовности России, когда эскадра Тихого океана была бы доведена до состава, предусмотренного Программой перевооружения флота, принятой в 1898 году. Вводные для игры во многом совпадали с реальным развитием событий год спустя (колониальные противоречия как источник войны, стратегическая трудность положения России, начало войны внезапным нападением Японии).

Участниками этой многодневной военной «игры» были виднейшие флотоводцы Российской империи:
Главный руководитель занятий и председатель совета посредников – Его Императорское Высочество Великий Князь Алексей Михайлович Романов.
Посредники:
  • контр-адмирал Г.П. Чухнин (один из самых авторитетных русских флотоводцев);
  • свиты Е.И.В. контр–адмирал З.П. Рожественский (будущий командующий 2-й Тихоокеанской эскадрой в русско–японской войне);
  • контр–адмирал А.Е. фон Нидермиллер (Член Совета государственной обороны);
  • Генштаба генерал–майор Н.П. Михневич;
  • военный инженер генерал–майор К.И. Величко;
  • капитан 1 ранга М.П. Молас (будущий начальник штаба С.О. Макарова в Порт–Артуре);
  • полковник артиллерии А.А. Якимович.
Заведующим занятиями и делопроизводителем посредников был капитан 2 ранга Н.Л. Кладо.
По результатам этой стратегической военной игры её участники пришли к неутешительным выводам. А по распоряжению Начальника Академии штатные преподаватели академии капитан 2-го ранга Н. Л. Кладо и капитан 2-го ранга Л. Ф. Кербер составили аналитический отчёт, в котором обосновали неизбежный проигрыш России в этой войне в случае, если за оставшееся время не будет предпринят комплекс необходимых мер, сформулированных ими как
«Замечания:
1. Чтобы нанести существенный вред Японии мы должны иметь флот в 3 раза сильнее японского и десант не менее всей японской армии то есть не менее 500 000 человек, да и то успех будет очень затруднен.
2. Чтобы нанести ей экономический вред, нужен флот в 3 раза сильнее японского и ни одного солдата.
3. Чтобы ограничиться спокойным владением Манчжурией, достаточно флота в 2 раза сильнее японского.
4. Чтобы достичь того же, но при флоте в 1,5 раза сильнее японского, нужно иметь укрепленный пункт на Цусиме или в Корее.
5. Чтобы защищать свои владения флотом, равным японскому, кроме оперативной базы (Цусима или Корея), нужно иметь еще по 100 000 человек войск во Владивостоке и Порт–Артуре.
6. Если нет порта на юге Кореи и флот равен японскому, то ему нужно быть во Владивостоке, а в Порт–Артуре нужно иметь армию, равную японскому десанту, то есть 200 000 человек.
7. Если мы хотим защищать свои владения с очень слабым флотом, то во Владивостоке и Порт–Артуре следует иметь по 200 000 и около 100 000 в резерве у Гирина, так как неизвестно, куда японцы направят свой удар.»

Все материалы военной «игры» представлены в книге: Кладо Н.Л., Кербер Л.Ф. «Война России с Японией в 1905 г. Отчет о практических занятиях по стратегии в Николаевской морской академии в продолжении зимы 1902—03 гг.». СПб, 1904, (на 328 страницах). Это – потрясающий  документ! В подробнейшем отчёте есть всё: и поразительные предвидения грядущих событий, и верные суждения, и точные рекомендации, и удивительные по наивности и простодушию предположения и выводы.
В частности, в нём авторы указывали на необходимость перевода эскадры из Порт–Артура во Владивосток (учитывая опыт, полученный Кербером в ходе больших манёвров флота и армии под Порт–Артуром весной 1900 года). Позже, японский адмирал Того Хэйхатиро «признался, что ожидал именно такого развития событий и войну начал в январе 1904 года, когда убедился, что русская эскадра не сможет уйти в родной порт по причине ледостава». По тому, каковы были итоги русско–японской войны, можно заключить, что отчёт морских офицеров Николая Кладо и Людвига Кербера высшим российским командованием всерьёз не рассматривался.

В начале XX века всё бо́льшее значение приобретал сбор сведений, необходимых для разработки планов военных действий, и в 1903 году лейтенант Людвиг Кербер получает задание осмотреть укрепления города и крепости Пиллау во время командировки в Берлин, подробности которой описываются так:

Прибыв в середине недели в Берлин с документами по военно–техническому сотрудничеству между Россией и Германией, вручение которых было отложено на следующий понедельник, он отплыл пароходом в Данциг, где провёл весь следующий день. На окраине Данцига сел в поезд, следовавший в Кенигсберг, и воскресным утром вышел на пиллауском вокзале.
Из донесения Кербера:
«На пространстве между вокзалом и городом построена большая трехэтажная казарма и строится еще несколько домов казенного типа. Это указывает на увеличение числа гарнизона и, возможно, числа батарей. (прим. Действительно, в 1904 году в Северной и Южной казармах разместились пехотные подразделения, а накануне Первой мировой войны была построена и артиллерийская казарма.) … Прибрежные укрепления Пиллау все лежат на опушке искусственно разведенного леса, носящего название крепостной плантации. Лес этот разделен на правильные участки шоссенированными хорошими дорогами. К сожалению, большинство из них или закрыто шлагбаумами или же большие щиты с соответствующими надписями извещают, что при прохождении по ним виновные будут немедленно арестованы».
Вечером того же дня Кербер выехал в Берлин.
В своем отчете он писал: «Вообще со стороны моря, идя вдоль береговой черты, весьма трудно распознать присутствие батарей, так как брустверы сделаны весьма искуссно… о чем свидетельствуют насаждения на склонах бруствера. Ни числа, ни калибра пушек определить не удалось».
Изучение пиллауского побережья продолжилось в 1909 году, когда адмирал Эссен Н.О. представил в Морской Генеральный штаб документы планирования активных минных постановок в южной части Балтийского моря.
Для Кербера, будущего военно–морского агента, это задание стало первым опытом. Преподавательскую работу Л.Б. Кербер совмещал с морской службой на Балтике, в течение 1902 года он был командиром малых миноносок №52 («Кукушка») и №139.

3 (17) июня 1903 года в Санкт–Петербурге у него родился второй сын – Леонид.
Леонид Львович Кербер /Leonid von Körber (1903—1993) – советский авиаконструктор, зам. Генерального конструктора по оборудованию самолётов ОКБ А. Н. Туполева, он начинал с испытаний радиостанции для самолёта АНТ–25 и установки радиопеленгаторов на бомбардировщики ТБ–3, разрабатывал туполевские самолёты: бомбардировщик АНТ–58 (ТУ–2) и серия Ту–4 («68»), гражданские Ту–104, Ту–114, Ту–124, Ту–134, Ту–144 и др.

В том же 1903 году кaпитан 2-го рaнгa Людвиг Кербер получил назначение старшим офицером на броненосец «Слава», но в январе 1904 года ему срочно пришлось выехать на поезде во Владивосток. Началась война с Японией.
VI.

С первых дней русско–японской войны основная эскадра Российского флота под командованием (с 11 (24) февраля) вице–адмирала С. О. Макарова находилась в Порт–Артуре. Во Владивостоке базировался Отдельный отряд крейсеров эскадры Тихого океана, начальником которого с 17 февраля (2 марта) стал контр–адмирал Иессен Карл Петрович (1852—1918); в него входили только четыре крейсера: «Россия» (флагман), «Рюрик», «Громобой» и «Богатырь», на последнем старшим офицером служил кавторанг Л. Б. Кербер.
Владивостокский отряд крейсеров действовал на коммуникациях противника между Японией и Корейским полуостровом, уничтожая транспорты с войсками и военными груза­ми, каботажные суда и береговые сооружения в северной части Японского моря, с целью нанесения наибольшего вреда морским сообщениям Японии с Кореей и торговому флоту.
В ночь на 22 января (4 февраля) на крейсере «Россия» спустили флаг начальника отряда крейсеров контр–адмирала Эвальда Антоновича фон Штакельберга (Ewald Otto Alexander von Stackelberg ; 1847(1847) —1909; родом с острова Хийумаа), по причине его серьёзной болезни, и подняли брейд–вымпел временно командующего капитана 1-го ранга Рейценштейна Николая Карловича (1854—1916). Все крейсера из прежнего белого цвета (с жёлтыми трубами) перекрасили в боевой зеленовато–оливковый цвет.

Весть о начале войны с Японией пришла ночью 27 января (9 февраля). В 13 ½ час. крейсера «Россия», «Громобой», «Рюрик» и «Богатырь» снялись с якоря, вышли из бухты Золотой Рог (Порт–Артур) и направились через Уссурийский залив в море. Это был первый выход Владивостокского отряда в крейсерство, исходным пунктом которого указыва­лась западная часть Сангарского пролива (пролив Цугару/Tsugaru). 29 января (11 февраля) погода стала портиться. Около 10 часов утра, на подходе к западному берегу острова Хонсю (Honshu), отряд перехватил два японских парохода – каботажник «Nakanoura Maru/Наканоура Мару» (водоизмещением 1084 т) с грузом риса и небольшое паровое судно «Zensho (Zensuko) Maru/ Зеншо Мару» (323 т) шли из порта Саката/Sakata (Honshu) в порт Отару/Otaru (Hokkaido). После холостого выстрела из 47-мм пушки по «Nakanoura Maru», он остановился, оказавшись в окружении четырёх крейсеров. 39 человек экипажа и 4 пассажира покинули судно, разместившись на двух шлюпках. Посадка людей на «Громобой» по времени заняла 2 часа. Потопить пустой японский пароход артиллерией было приказано капитану 1-го ранга Трусову Евгению Александровичу (1850—1904), командиру «Рюрика», что на деле оказалось не лучшим решением, так как при обстреле рикошеты или перелёты (в условиях качки) могли попадать в стоявший за «Nakanoura Maru» флагман «Россия». После изменения занятых позиций, с «России» и «Громобоя» было сделано около 15 выстрелов, пока на каботажном судне не взорвался котёл, и оно быстро затонуло. Второй пароход, «Zensho Maru», не ответивший на сигналы, продолжал движение и был также обстрелян. Усилившийся ветер с порывами в 8–9 баллов заставил отряд отказаться от погони за ним, и тот благополучно дошёл до Фукуямы (Fukuyama) на острове Хоккайдо.

Первый выход Владивостокского отряда в крейсерство с 27 января по 2 февраля 1904 года в целом оказался практически бесполезным: хотя и был потоплен японский пароход «Nakanoura Maru» (1084 т), это никак не отразилось на японском каботажном судоходстве северо–западной части Японии, где регулярно осуществлялись морские перевозки японских войск между островом Кю–Сю/Kyushu и корейским побережьем Жёлтого моря (за пределами Японского моря). Дислокации японских морских сил не изменилась: из Внутреннего моря, через укреплённый Симоносекский пролив, мимо острова Цусима и вблизи главной военно–морской базы Сасебо/Sasebo–shi (Kyushu) перевозка войск к южным и западным берегам Кореи и Квантунскому полуострову представлялась наиболее обеспеченной. В течение ночи 24 января (6 февраля) в Сасебо была проведена посадка на транспорты («Дайрен Mapу», «Xейдзе Mapу» и «Отару Mapу») экспедиционного отряда японской армии, сформированного из 12-й японской дивизии, и переброска его в Чемульпо (Инчхон/Incheon), вблизи которого эсминцы адмирала Того Хэйхатиро (Marshal–Admiral Marquis Tōgō Heihachirō; 1848—1934) успешно атаковали русскую эскадру 26 января (8 февраля) 1904 года.

Безрезультативнось крейсерства вызвало негативную реакцию у только что назначенного комфлота вице–адмирала Степана Макарова, и капитан 1-го ранга Н. К. Рейценштейн был отстранён от и. д. начальника Владивостокского отряда крейсеров.

Для патрулирования японцы начали широко применять свои вспомогательные крейсера, и командир «Варяга», капитан 1-го ранга Руднев Всеволод Фёдорович (1855—1913), подняв свой флаг на крейсере «Богатырь», решил возглавить очередной крейсерский набег на японские коммуникации, полагая, что пора переходить к тактике террор – групп и заодно проверить тактику охоты «тройками на живца», столь заманчиво выглядевшую на бумаге. Вместе с «Богатырём» (капитан 1-го ранга Стемман Александр Фёдорович; 1856—1914) в Цусимский пролив направились транспорт «Лена» (командир – капитан второго ранга Берлинский Александр Янович) и «Кама», бывший японский угольщик, которые шли на расстоянии пятнадцати миль друг от друга с двадцатимильным опережением «Богатыря» – получался своего рода «невод», позволявший прочёсывать море в полосе двадцати пяти миль. На ночь крейсера стягивались в плотную группу и держались в кильватерной колонне до утра. У побережья Японии подобным образом действовало соединение из крейсера 1 ранга «Россия» вспомогательных крейсеров «Обь» («Оклахома», по–матроски, «Охламон») и «Сунгари» («Мари–Анна», или «Марья Ивановна»).

На этот раз выход в крейсерство завершился морским сражением с японскими кораблями «Мацусима», «Хасидате» и флагманом «Ицукусима».
Приблизившись к "Богатырю" на двадцать кабельтовых «Ицукусима» попала под прицельный огонь артиллерии с «Богатыря», но недопустимо малая дистанция дала возможность и японцам достать русский крейсер – взрывом снаряда весом в пять сотен килограмм сорвало стрелу и сбило стеньгу грот–мачты, которая при падении придавила 75-миллиметровое орудие. На помощь своему флагману подошли «Мацусима» и «Хасидате», открывший огонь по «Богатырю». После очередного попадания на рострах разгорелся пожар, а в тот момент, когда кавторанг Людвиг Кербер поднимался в рубку с докладом о повреждениях на корме, на мостике «Богатыря» разорвался 120-мм снаряд, осколками которого он был ранен, и командир корабля А. Ф. Стемман «чуть ли не силком отправил старшего офицера на перевязку».

31 марта (13 апреля) 1904 года на внешнем рейде Порт–Артура произошла ужасная катастрофа, потрясшая не только весь Дальневосточный военный гарнизон, но и всю Россию. В 9 часов 43 минуты в двух милях от полуострова Тигровый Хвост (Lao Hu Wei) флагманский броненосец «Петропавловск», на котором со штабом находился командующий Тихоокеанским Флотом в войне с Японией вице–адмирал С. О. Макаров, наскочил на минную банку – несколько мин, объединённых между собой. Раздался взрыв, затем другой, более сильный, в результате детонации боезапаса главного калибра носовой башни и носового минного погреба. В течение двух минут корабль ушёл под воду.
Гибель выдающегося флотоводца Степана Осиповича Макарова стала огромной утратой для российского флота. За 36 дней своего командования он сумел преобразовать порт–артурскую эскадру в слаженный инструмент морского боя, вдохнуть в экипажи настоящий боевой дух. Это оценил даже противник.

Зная о траурных настроениях в русском порту и на Тихоокеанском флоте России в первые дни после гибели Степана Макарова и кораблей, японский адмирал Того Хэйхатиро посчитал весьма своевременным решение направить свои крейсера к берегам противника. Официальный японский историк описывает: «Ввиду поражения, которое потерпел неприятель, за время с 13 по 15 апреля от атак соединенного флота на Порт–Артур . . . адмирал Того, угадывая угнетенное состояние духа неприятеля и предполагая, что он не предпримет никаких активных действий в продолжение некоторого времени, решил воспользоваться этим и послать часть флота для действий против Владивостока».
3 (16) апреля 1904 года адмирал Камимура Хиконодзё (Baron Kamimura Hikonojō;1849 —1916) с 5-ю броненосными крейсерами («Идзумо», «Адзума», «Кассуга», «Токива», «Ивате»), четырьмя легкими («Нанива», «Такачихо», «Цусима», «Ниитака»), посыльным судном «Чихайя», 4-мя эскадренными миноносцами, «маткой» миноносцев «Никко Мару» и транспортом «Кинсю Мару» вышел в море. В Корейском проливе к эскадре присоединились легкий крейсер «Идзуми» и 6 миноносцев. 9 (22) апреля все корабли прибыли в Гензан (Gensan/Wŏnsan, КНДР), чтобы принять уголь и воду. После суточной стоянки адмирал Камимура ос­тавил в Гензане 4 малых 85-тонных миноносца, которым пору­чалось отконвоировать в порт Риген (Рейд Паллада) и обратно вой­сковой транспорт «Kinsu Maru /Кинсю Мару».

В полном неведении относительно передвижений противника, утром 10 (23) апреля все четыре крейсера Владивостокского отряда покинули родной порт. Под видом рядового выхода в море для прак­тики в эволюциях контр–адмирал К. П. Иессен возглавил набеговую операцию, целью которой были – поход к корейскому берегу и бомбардировка Хако­дате. Для полного прав­доподобия этой версии крейсер «Рюрик» ненадолго вернулся в гавань. С начала войны впервые в крейсерство были взяты два малых миноносца «205» и «206», что позволяло произвести разведку внутри бухты Гензана, и чего не смогли достичь крейсеры в предыдущий поход с каперангом Рейценштейном Н. К.
Используя характерные для весеннего и летнего времени в этих местах туманы и плохую видимость, отряд русских крейсеров удачно проскочил мимо шедшей встречным курсом японской эскадры, значительно превосходившей силами русский отряд и большую часть операции произвёл в тылу у адмирала Камимуры. В 5 час. 15 мин. утра 12 (25) апреля три крейсера («Россия», «Громобой» и «Богатырь») повернули в глубину залива Браутона (Broughton Bay) и до 14 часов держались в районе между островом Халезова (Aru Somu, КНДР) и полуостровом Нахимова (Ходобандо/Hodo–bando), в 15 милях (~24 км) от Гензана. В 8 ½ час. номерные миноносцы «205» и «206» вошли в Гензанскую бухту, и не встретив никакого сопротивления, прошли на рейд, где обнаружили стоявшие вблизи города японское каботажное судно «Gojo Maru/Гойо Мару» (601т) и парусную шхуну, на пароход были отправлены две двойки – с подрывной партией и вооружёнными людьми. Из–за шокового состояния японцев и корейцев с «Gojo Maru» попытки поговорить с ними при помощи студентов–переводчиков не увенчались успехом. Экипажу было приказано сойти на берег, вся корреспонденция была конфискована. Потопления парохода «Gojo Maru» взрывом подрывного патрона сразу не случилось, так как оборвались проводники, тогда миноносец № 206 утопил его торпедой. Провозившись с каботажником миноносцы не успевали возвратиться к отряду в назначенный срок – в полдень, и командирам, опасавшимся также прибытия к берегу японской артиллерии и пехоты, уже было не до шхуны (уцелела!).
Из Гензанской бухты отряд крейсеров взял курс на север к порту Симпо, а оба миноносца, получив дополнительный запас угля, вернулись во Владивосток. Около 8 час. вечера на северо–востоке был замечен японский малый транспорт «Haginura Maru/Хагинура Мару» (219 т) с грузом около тонны вяленой рыбы и потоплен.

Ещё утром 12 (25) апреля владивостокский отряд контр–адмирала К. П. Иессена удивительным образом разминулся с японским транспортом «Kinsu Maru» (3596 т), побывавшим в Гензане всего за 5 часов до появления двух русских миноносцев в Гензанской бухте и часа за 2–3 до подхода крейсеров «Россия», «Громобой» и «Богатырь». Под конвоем 11-го отряда миноносцев «Kinsu Maru» с ротой пехоты направился в порт Риген (Рейд Паллада), где в 14 час. дня с транспорта была произведена демонстративная высадка десанта, через 4 часа «Кинсю Мару» с миноносцами отправились в обратный поход в Гензан.

Продолжение следует
Связь поколений

Переплетение
с у д е б

ГИД ДОСУГА.
ТАЛЛИНН